Русская Песня

Некоммерческий проект Сайт создан при методической поддержке Института русско-славянских исследований им.Н.Я.Данилевского

В землянке

Музыка: К.Листов Слова: А.Сурков
Бьётся в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза.
И поёт мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.
Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой,
Я хочу, чтоб услышала ты,
Как тоскует мой голос живой.
Я хочу, чтоб услышала ты,
Как тоскует мой голос живой.

Ты сейчас далеко-далеко,
Между нами снега и снега.
До тебя мне дойти нелегко,
А до смерти - четыре шага.
Пой, гармоника, вьюге назло,
Заплутавшее счастье зови.
Мне в холодной землянке тепло
От твоей негасимой любви.
Мне в холодной землянке тепло
От твоей негасимой любви.

Бьётся в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза.
И поёт мне в землянке гармонь
Про улыбку твою и глаза.
Про тебя мне шептали кусты
В белоснежных полях под Москвой,
Я хочу, чтоб услышала ты,
Как тоскует мой голос живой.
Я хочу, чтоб услышала ты,
Как тоскует мой голос живой.

Исполнитель Размер файла Скачать Воспроизвести
М. Бернес 4.39 Мб
Р. Ибрагимов 2.93 Мб
В. Трошин 7.17 Мб
Л. Утёсов (1942) 2.87 Мб
Н. Тимченко 7.09 Мб
Ансамбль духовенства Ярославской епархии 5.62 Мб
Описание Видео
Исполняет: Л. Утёсов
Описание Ноты
Для гармони (баяна, акккордеона)
  
Для голоса в сопровождении ф-но, гитары
  
«В земля́нке» («Землянка», «Бьётся в тесной печурке огонь…») — русская советская песня времён Великой Отечественной войны. Музыка Константина Листова, стихи Алексея Суркова.


С начала Великой Отечественной войны журналист и поэт Алексей Сурков был военным корреспондентом газеты «Красноармейская правда». В конце осени 1941 года оборонявшая Истру 78-я стрелковая дивизия 16-й армии получила наименование 9-й гвардейской, в связи с чем Политуправление Западного фронта пригласило корреспондентов «Красноармейской правды» осветить это событие; среди прочих поехал и Сурков. 27 ноября журналисты сначала посетили штаб дивизии, после чего отправились на командный пункт 258-го (22-го гвардейского) стрелкового полка, находившийся в деревне Кашино.

По прибытии оказалось, что командный пункт отрезан от батальонов наступающей 10-й танковой дивизией Германии, а к самой деревне подходит пехота врага. Начавшийся обстрел из миномётов вынудил офицеров и журналистов засесть в блиндаже. Немцы заняли соседние дома. Тогда начальник штаба полка капитан И. К. Величкин пополз к зданиям, закидывая противника гранатами, что вызвало ослабление вражеского обстрела и дало возможность пойти на прорыв. Благополучно пройдя минное поле, все отошли к речке и переправились через неё по ещё тонкому льду — под возобновившийся миномётный обстрел — к деревне Ульяшино, в которой стоял батальон.

Штабисты и корреспонденты были размещены в землянке. Все были очень уставшими — настолько, что, по воспоминаниям Суркова, начальник штаба Величкин, сев есть суп, после второй ложки заснул, так как не спал четыре дня. Остальные устроились около печки, кто-то начал играть на гармони, чтобы снять напряжение. Сурков стал делать наброски для репортажа, но получились стихи.

Ночью он вернулся в Москву и в письме к жене и матери его дочери и сына Софье Антоновне под заголовком «Тебе — солнышко моё!» написал впоследствии знаменитые строки. На следующий день письмо было отправлено в город Чистополь, где семья Суркова находилась в эвакуации.

В феврале 1942 года в редакцию газеты «Фронтовая правда», где также начал работать Сурков, зашёл композитор Константин Листов, искавший тексты для песен. Сурков вспомнил о написанных стихах, оформил их набело и отдал музыканту, по собственным словам, уверенный в том, что ничего не получится. Однако через неделю Листов вернулся в редакцию и, взяв гитару у фотокорреспондента Михаила Савина, исполнил новую песню, назвав её «В землянке». Присутствовавшие одобрили композицию, а вечером Савин, попросив текст, исполнил песню сам — мелодия запомнилась с первого исполнения.

Работавший во «Фронтовой правде» писатель Евгений Воробьёв скопировал ноты и текст и вместе с Михаилом Савиным принёс их в редакцию «Комсомольской правды». Там они исполнили песню (Воробьёв пел, а Савин аккомпанировал), она понравилась слушателям и была опубликована в номере газеты от 25 марта 1942 года.

Вскоре песня пошла по фронту. Её исполняли солдаты, фронтовые творческие коллективы, в том числе она вошла в репертуар знаменитой Лидии Руслановой (именно после её исполнения в апреле 1942 года перед бойцами 2-го гвардейского кавалерийского корпуса под Волоколамском начался роман певицы с генерал-майором Владимиром Крюковым). Часто последняя строка исполняется в варианте «От твоей негасимой любви». Во время войны в некоторых исполнениях текст песни выглядел совершенно по-другому: после первых двух куплетов (без изменений) следовали не два, а четыре. Имелось также несколько песен-ответов.

Однако летом 1942 года на песню был объявлен негласный запрет, так как кем-то сверху строки «до тебя мне дойти нелегко, а до смерти — четыре шага» были расценены как упаднические. В августе были изъяты и почти полностью уничтожены грампластинки с записью песни в исполнении Лидии Руслановой. Поэту рекомендовали убрать упоминания о смерти — Сурков отказался. Тогда Главное политическое управление наложило запрет на трансляцию песни по фронтовому радио и её исполнение творческими коллективами. Поэт получил от шести гвардейцев-танкистов письмо со следующей просьбой: «Напишите вы для этих людей, что до смерти четыре тысячи английских миль, а нам оставьте так, как есть, — мы-то ведь знаем, сколько шагов до неё, до смерти». Всё же «оптимистичные» изменения в песне были сделаны — без ведома автора (встречается утверждение, что их осуществил Константин Симонов). О возмущении, которое вызывала эта замена у фронтовиков, рассказывала Суркову поэтесса Ольга Берггольц.

Вскоре на запрет были «закрыты глаза». В конце концов песня «В землянке» в исполнении Лидии Руслановой прозвучала у стен поверженного Рейхстага и у Бранденбургских ворот.

В послевоенные годы песню исполняли Лидия Русланова, Агитвзвод под управлением А. Владимирцова, Ефрем Флакс, Леонид Утёсов, Ренат Ибрагимов, Алла Пугачёва (бокс-сет 1996 года из 13 CD, диск 13 — «Песни на „бис“»), Дмитрий Маликов (альбом «Пианомания»), Михаил Гулько («Военный альбом»), Дмитрий Хворостовский (альбом «Песни военных лет»), Геннадий Белов, Евгений Беляев, Владимир Трошин, Павел Кашин, «Декабрь» (сборник «Мы победили!») и другие. Песня звучит в фильме «В бой идут одни „старики“» 1973 года, сериале «Апостол» 2008 года.

Созданы различные переделки песни, например «сталинградский» вариант «В теплушке» 1946 года Владимира Нечаева, альпинистский и студенческий варианты. «В землянке» переведена на ряд иностранных языков.

Текст песни был включён в фундаментальные сборники «500 жемчужин всемирной поэзии», «Три века русской поэзии» и в составленную Евгением Евтушенко антологию «Строфы века».

В мае 1999 года в деревне Кашино ребятами из клуба «Исток» города Истры установлен памятный знак, на открытии присутствовали ветераны 9-й гвардейской дивизии и дочь поэта — Наталья Алексеевна Суркова. В Истринском районе проводятся фестивали военной песни.
(Wikipedia)

Русский советский поэт Алексей Александрович Сурков родился в 1899 году. Простой деревенский паренёк из обычной крестьянской семьи, он с 12 лет был вынужден уйти «служить в люди», то есть, проживая в хозяйском доме, заниматься ведением дел: чистить одежду, бегать по лавкам за продуктами, доставлять газеты. Собственно, читая последние, он знакомился со стихами и баснями, постигая азы «классовой грамоты». После революции у настоящего пролетария не было никаких шансов оказаться «не на той стороне»: Сурков прошёл в качестве политбойца Гражданскую и Советско-Польскую войну на стороне непобедимой Красной Армии. Первые стихи молодого поэта вышли в 1918 году, но сам Алексей Александрович настоящим началом своей поэтической деятельности считал 1930 год, когда вышел его первый сборник стихов. Защитив диссертацию в 1934 году на факультете литературы Института красной профессуры, он работал в журнале «Литературная учёба», где был непосредственным помощником Алексея Максимовича Горького в работе по редактированию журнала вплоть до 1939 года. С 1939 по 1945 год Алексей Сурков служил в качестве военного корреспондента и участвовал в освободительном походе в Западную Белоруссию, затем в Финской кампании, а после и Великой Отечественной войне.

Константин ЛистовРусский советский композитор Константин Яковлевич Листов родился в 1900 году в Одессе. С пятилетнего возраста он учился музыке, играя на мандолине, и при этом сам выступал на арене, поскольку был выходцем из семьи цирковых артистов. В 1917 году Листов окончил музыкальное училище в Царицыне, отслужил в Красной армии с 1918 по 1919 год, после чего обучался в Саратовской консерватории по классу фортепиано и композиции. Там же, в Саратове, он попутно работал пианистом и дирижёром в театре миниатюр. Переехав в 1923 году в Москву, Листов работал в нескольких театрах, а в 1930 году начал свою успешную карьеру поэта-песенника: кто не знает его «В парке Чаир», «Гренаду» (о которой я уже делал обзор), «Песню о тачанке» или «Ходили мы походами»? В годы войны Константин Яковлевич служил музыкальным консультантом Политического управления Военно-Морского Флота.

…Осенью 1941 года наша страна переживала тяжёлые и тревожные дни: фашистские бронированные полчища двигались к Москве, оставляя после себя руины, пожарища, виселицы, трупы советских людей. В октябре-декабре жестокие бои с гитлеровскими захватчиками развернулись вдоль Волоколамского шоссе. Волоколамско-Истринское направление, которое защищала 16-я армия под командованием тогда ещё генерал-лейтенанта Константина Константиновича Рокоссовского, стало одним из главных в битве под Москвой. Везде враг встречал яростное сопротивление наших войск. Немецкие танки продвигались лишь по 3–4 км в сутки, а такой темп наступления считается чрезвычайно низким для пехоты, а для танковых соединений и того более.

27 ноября 1941 года в деревне Кашино находился штаб 258-го полка, входившего в состав 9-й Гвардейской дивизии 16-й армии, который был атакован 10-й танковой дивизией немцев и отрезан от других батальонов. Командир полка, подполковник Михаил Афанасьевич Суханов, принял решение прорываться к основным силам…

В числе бойцов, осуществивших этот прорыв, оказался и батальонный комиссар Алексей Сурков. В тот день он с группой корреспондентов газеты Западного фронта «Красноармейская правда» и политработниками прибыл в дивизию, чтобы поздравить её командование с присвоением гвардейского звания, однако в силу вышеописанных причин им пришлось участвовать в ожесточённых боях и выходить через минные поля из окружения под плотным огнём немцев. Ценой невероятных человеческих усилий им это удалось.

Автограф Алексея СурковаПод впечатлением пережитого за этот день под Истрой, Алексей Александрович написал письмо жене, в котором было всего 16 «домашних» стихотворных строк, которые он не собирался нигде публиковать, и тем более передавать кому-либо для написания песни. Однако судьбе было угодно иначе.

В начале 1942 года в Москву проездом на несколько дней заехал Константин Листов, связавшийся с Алексеем Сурковым:

"Я позвонил Алексею Суркову и попросил дать что-нибудь «певческое». В ответ Сурков, характерно окая, сказал: «Костюша, „что-нибудь“ — нет. А вот я написал тут один стишок — письмо жене, она в эвакуации. Прочти, может, что получится...»"

Листов поехал в типографию «Гудок», где в то время размещалась редакция «Красноармейской правды», и получил от поэта заветный листок. Сам Сурков не предполагал, что из этой затеи выйдет что-либо путное, но его стихи полностью захватили композитора лирической силой и искренностью. Уже через неделю Листов вернулся в редакцию, попросил гитару и спел только что написанную песню:

«Сотрудник газеты, известный ныне писатель Евгений Воробьев, попросил её оставить. Нотной бумаги у меня не было, и я взял обыкновенный лист бумаги, начертил на нём пять линеек, записал мелодию и ушёл.»

Надо заметить, что уже и композитор не видел перспективность своего творения, но вновь судьба распорядилась по-своему. Песня неожиданно для авторов была напечатана в «Комсомольской правде», так как Воробьев, оказывается, отдал в редакцию газеты и стихотворение, и разлинованный листок с нотами. Евгений Захарович вспоминал:

«С этой нотной записью и с гитарой мы с Мишей Савиным отправились в редакцию „Комсомольской правды“, где я несколько лет проработал до войны. Нам повезло: в тот день проходил один из традиционных „четвергов“, на которые усилиями сотрудника одного из отделов „Комсомолки“ Ефима Рубина приглашались артисты, писатели, композиторы. Мы приняли в нём участие и показали „Землянку“. На этот раз пел я, а Михаил Иванович мне аккомпанировал. Песня очень понравилась, и её тут же приняли для публикации в газете. Так что на страницах „Комсомольской правды“ ищите её самую первую публикацию...»

В землянкеИ после публикации в газете от 25 марта 1942 года песня «пошла» в народ. "Землянка" пользовалась любовью на всех фронтах, и особенно у тех воинов, которые воевали под Москвой, кто гнал ненавистного врага от стен столицы. И хотя некоторым функционерам не нравились «упаднические и разоружающие» слова «…а до смерти четыре шага», а также излишний лиризм, сами бойцы горячо полюбили песню, поскольку мечтали о любви, о доме, о конце войны, а на попытки внести в текст изменения написали просто:

«Напишите вы для этих людей, что до смерти четыре тысячи английских миль, а нам оставьте так, как есть, — мы-то ведь знаем, сколько шагов до неё, до смерти.»

После войны, в 1946 году, Алексей Сурков получил Сталинскую премию первой степени, в том числе и за свои стихи "Бьётся в тесной печурке огонь…". А в мае 1999 года, в деревне Кашино Московской области, ребятами из клуба «ИСТОК» города Истры был установлен памятный знак, на открытии которого присутствовали ветераны 9-ой Гвардейской дивизии и дочь поэта — Наталья Алексеевна Суркова. В Истринском районе проводятся фестивали военной песни, а в городе Дедовске состоялся фестиваль песни и поэзии имени Алексея Суркова «И поёт мне в землянке гармонь».
(Материал с сайта http://www.historyonesong.com)


 
Прослушать запись Скачать